Марисса Ирвин подъезжает к дому, адрес которого записан на клочке бумаги. Её сын, вернувшись после уроков, сказал, что зайдёт к новому приятелю, и обещал быть дома к ужину. Но время уже близится к вечеру, а его всё нет. Телефон мальчика не отвечает.
Она звонит в дверь, и та открывается. На пороге стоит женщина, которую Марисса никогда раньше не видела. Выражение лица у неё спокойное, даже отстранённое. Марисса, стараясь говорить вежливо, объясняет: она ищет своего сына, он должен быть здесь, у друга.
Незнакомка медленно качает головой. Она не понимает, о чём речь. В этом доме нет никаких мальчиков, тем более гостей. Возможно, произошла путаница с адресом? Её тон ровный, но в глазах — лёгкое недоумение, граничащее с раздражением.
У Мариссы холодеет внутри. Она точно помнит, как сын диктовал ей этот адрес. Она переспрашивает, называет имя своего ребёнка, имя его друга. Женщина лишь пожимает плечами. Она только что переехала в этот район и ни с кем не знакома. Дверь начинает мягко закрываться.
В этот миг мир для Мариссы сужается до точки. Звонок телефона, который не берут. Записка с адресом. Спокойное лицо чужого человека. Тишина в пустом доме, куда, как она была уверена, зашёл её ребёнок. Это чувство — леденящий ужас, парализующий душу. Оно знакомо каждому родителю как самый страшный, невысказанный кошмар. Когда привычная реальность даёт трещину, и за ней открывается бездонная, тёмная пустота.
Марисса отступает от порога, её руки дрожат. Она снова набирает номер сына, слушая длинные гудки. Взгляд бежит по фасаду дома, по занавешенным окнам. Всё выглядит обычным, слишком обычным. Именно эта обыденность теперь кажется зловещей. С чего начать поиски? Куда бежать? Кому звонить? В голове проносится тысяча мыслей, и все они ведут в тупик. Этот момент, эта закрывающаяся дверь — лишь начало. Начало долгого пути, на котором каждая секунда будет стоить вечности.
