Промокший до нитки, Дэндзи прижался к стене под узким козырьком, ворча себе под нос. Это свидание с Макимой он ждал, кажется, целую вечность, а тут такой облом — ливень, обрушившийся на город внезапно и с удручающей силой. Капли стучали по асфальту, превращая улицу в мутное зеркало, и мысль о том, что встреча, возможно, сорвалась, вызывала в груди знакомое, тягостное чувство.
Спасаясь от потоков воды, он рванул на себя дверь ближайшего заведения. Теплый воздух, пахнущий кофе и свежей выпечкой, обволок его с головы до ног. Это было маленькое кафе, которое он раньше как-то не замечал. Прежде чем он успел сориентироваться, его встретил мягкий, искренний взгляд девушки за стойкой.
— Выпьете что-нибудь горячее, пока переждете? — ее голос прозвучал спокойно и без лишней навязчивости, какой часто грешат обслуживающий персонал.
Она представилась Резе. Улыбка ее не была дежурной или вымученной — уголки глаз чуть сморщились, создавая впечатление тихой, но настоящей радости от простого человеческого контакта. Дэндзи, обычно не слишком разговорчивый, от неожиданности и какой-то расслабляющей атмосферы места неловко пробормотал что-то в ответ. Разговор как-то сам собой завязался. Не о чем-то важном — о противной погоде, о том, что пирог сегодня особенно удался, о глупом коте, который вечно норовил стащить со стойки зефир. Никакого давления, никаких сложных тем. Просто два человека, коротающие время под шум дождя за стеклом.
Когда ливень стих, оставив после себя лишь тихое моросящее барабанение по крыше, Дэндзи вышел на улицу с странным чувством. Ожидание встречи с Макимой, обычно заполнявшее все его мысли тревожным и сладким нетерпением, куда-то отступило, уступив место непривычному спокойствию. Он даже не заметил, как пролетело время.
На следующий день, выполняя рутинное задание в том же районе, его ноги сами понесли его мимо того самого кафе. Он заглянул внутрь — просто так, от нечего делать. Резе, узнав его, снова улыбнулась тем же непритязательным, добродушным образом. И снова нашел, о чем перекинуться парой фраз. Так, совершенно незаметно для него самого, эти короткие заходы «на минутку» стали частью его дня. Не целью, а скорее паузой, маленьким островком обыденности и тишины посреди его шумной, наполненной борьбой жизни.
Его мир, который раньше был четко разделен на «охота» и «ожидание Макимы», начал потихоньку менять свои очертания. Появилась новая, крошечная точка на карте его повседневности — теплое, пахнущее корицей место, где его не оценивали, от него ничего не ждали и где можно было просто молчать, слушая, как шипит кофемашина. Это было настолько просто и незначительно, что он даже не сразу осознал, как эта простая случайность под дождем начала менять ритм его обычных дней.
